Особый интерес представляют ставшие известными всему миру подъем ледокольного парохода «Садко» и спасение другого ледокольного парохода «Малыгин».
Ледокольный пароход «Садко» был куплен в 1915 г в Англии, а в июле 1916 г. наскочил на подводный камень, получил большую пробоину и затонул в Кандалакшском заливе Белого моря на глубине 20 метров. Через месяц после гибели пароход был обследован водолазами, но к его подъему смогли приступить только через 16 лет. В 1930 г. водолазы ЭПРОНа провели повторное обследование парохода и установили, что он не получил дополнительных повреждений и может быть поднят. Поднять «Садко» можно было только понтонами, а их-то и не было.
Проектирование и постройка специальных судоподъемных понтонов были проведены ударными темпами. В 1933 г ЭПРОН получил двенадцать таких понтонов. Опыта работы с ними у водолазов не было, да и условия за полярным кругом совсем не те, что на теплом Черном море. Из-за частых ветров и холодной воды даже во время короткого северного лета было тяжело вести и без того сложные подводные работы.
Начали с промывки тоннелей под корпусом судна.
Грунт оказался каменистым, а насосы, подававшие воду к грунто-размывочным стволам,— маломощными. В тоннелях водолазы работали лежа, двигаясь навстречу друг другу. Часто они возвращались, чтобы убрать грунт, скопившийся у входа в тоннель. Не обходилось и без ошибок: водолазы могли легко разминуться друг с другом. Приходилось возвращаться и все начинать сначала.
Сложный была и остропка двенадцати понтонов у бортов «Садко». Мало того, что скобы были тяжелыми, их следовало застегивать в тесном пространстве под понтонами. Работы часто приходилось вести в условиях волнения моря. Судоподъемные суда раскачивались, а с ними колебались и удерживаемые на тросах понтоны.
Однажды понтон прижал к борту ледокола сигнальный конец и шланг водолаза Арсентьева. По счастью, шланг не был до конца пережат, и воздух все-таки поступал в скафандр. Но освободить их водолаз, несмотря на все старания, не мог. На помощь спустился второй водолаз, которому также не удалось освободить ни шланг, ни сигнальный конец. Потом они стали действовать вместе, установив между собой сложную связь: один водолаз говорил что-либо по телефону своему телефонисту на судно, тот голосом передавал сообщение второму телефонисту, а от него сообщение вновь по телефону передавалось другому водолазу. Ведь под водой водолазы не могут разговаривать друг с другом, если только не прижмутся котелками шлемов. Так они безрезультатно провозились около полутора часов и тогда решили обрезать шланг и сигнальный конец.
главная следующая
Ледокольный пароход «Садко» был куплен в 1915 г в Англии, а в июле 1916 г. наскочил на подводный камень, получил большую пробоину и затонул в Кандалакшском заливе Белого моря на глубине 20 метров. Через месяц после гибели пароход был обследован водолазами, но к его подъему смогли приступить только через 16 лет. В 1930 г. водолазы ЭПРОНа провели повторное обследование парохода и установили, что он не получил дополнительных повреждений и может быть поднят. Поднять «Садко» можно было только понтонами, а их-то и не было.
Проектирование и постройка специальных судоподъемных понтонов были проведены ударными темпами. В 1933 г ЭПРОН получил двенадцать таких понтонов. Опыта работы с ними у водолазов не было, да и условия за полярным кругом совсем не те, что на теплом Черном море. Из-за частых ветров и холодной воды даже во время короткого северного лета было тяжело вести и без того сложные подводные работы.
Начали с промывки тоннелей под корпусом судна.
Грунт оказался каменистым, а насосы, подававшие воду к грунто-размывочным стволам,— маломощными. В тоннелях водолазы работали лежа, двигаясь навстречу друг другу. Часто они возвращались, чтобы убрать грунт, скопившийся у входа в тоннель. Не обходилось и без ошибок: водолазы могли легко разминуться друг с другом. Приходилось возвращаться и все начинать сначала.Сложный была и остропка двенадцати понтонов у бортов «Садко». Мало того, что скобы были тяжелыми, их следовало застегивать в тесном пространстве под понтонами. Работы часто приходилось вести в условиях волнения моря. Судоподъемные суда раскачивались, а с ними колебались и удерживаемые на тросах понтоны.
Однажды понтон прижал к борту ледокола сигнальный конец и шланг водолаза Арсентьева. По счастью, шланг не был до конца пережат, и воздух все-таки поступал в скафандр. Но освободить их водолаз, несмотря на все старания, не мог. На помощь спустился второй водолаз, которому также не удалось освободить ни шланг, ни сигнальный конец. Потом они стали действовать вместе, установив между собой сложную связь: один водолаз говорил что-либо по телефону своему телефонисту на судно, тот голосом передавал сообщение второму телефонисту, а от него сообщение вновь по телефону передавалось другому водолазу. Ведь под водой водолазы не могут разговаривать друг с другом, если только не прижмутся котелками шлемов. Так они безрезультатно провозились около полутора часов и тогда решили обрезать шланг и сигнальный конец.
главная следующая